«Уотергейт» | История экономики

«Уотергейт»

Несмотря на то что все это действительно «уже было в прошлом», именно «Уотергейт» стал символом «повреждения нравов» в общегосударственном масшта­бе и одновременно знамением новой роли ФБР в учащающихся острых политических ситуациях, став­кой в которых могли быть не только прерогативы власти, но и сама власть. Газета «Вашингтон пост», в очередной раз касаясь этой темы и подводя зловещий итог давно ставшему фактом бесцеремонному наруше­нию конфиденциальности общения и «просвечиванию» как политических врагов, так и единомышленников, сетовала в феврале 1982 г. на короткую память амери­канцев и на плотную завесу тайны над многими, в том числе и этой, сторонами деятельности попеременно сменяющих друг друга администраций45. Наделенное функцией главного хранителя тайны, ФБР неизменно использовало свое положение для наращивания соб­ственного влияния в самых верхних этажах государ­ственного здания.

В обстановке секретности, всеобщего прослушива­ния и просматривания ФБР чувствовало себя как рыба в воде. Вот почему общественное негодование, вызван­ное «Уотергейтом», и прямо и косвенно задевало и его. Стоит ли удивляться тому, что ФБР подчеркнуто стремилось держаться в стороне от бушевавшей стихии межпартийной борьбы, в которой отчетливо прогляды­вала главная цель — победа на выборах 1976 г. Руко­водство Бюро, десятилетиями нарушавшее федераль­ные законы и нормативные акты, фальсифицировав­шее или фабриковавшее документальные материалы, уничтожавшее всякие раскрывающие его действия улики, постоянно мистифицировавшее публику, из­менило бы самому себе, если бы усмотрело в действиях Холдемана, Эрлихмана, Митчелла, Магрудера, Лидди, а тем более самого президента что-либо предосудитель­ное и аморальное. «Если ты не умеешь лгать, то ничего не достигнешь…»—говорил Р. Никсон. Этому же правилу всегда следовал Эдгар Гувер.

Добавить комментарий

Реклама Google
Свежие записи