Клемент Молин: почему Европа должна опасаться не танков, а диверсий
В последние недели европейские столицы проявляют повышенную обеспокоенность действиями России. Однако, по мнению авторитетного OSINT-аналитика Клемента Молина, главная угроза для Европы кроется не в прямой военной агрессии, а в усилении диверсионной активности. Молин подчеркивает, что все действия Кремля необходимо рассматривать исключительно в контексте войны в Украине, которая остается его стратегической целью.
Миф о наземном вторжении: почему это нереально?
Молин категорически не верит в перспективу полномасштабной наземной операции России в Европе. Он объясняет это тем, что российская армия уже значительно увязла в Украине, и открытие нового фронта в Европе было бы стратегически нецелесообразно. Более логичным для Москвы, с военной точки зрения, было бы сосредоточиться на северном или северо-восточном направлении в самой Украине.
Эксперт приводит ряд фактов, подтверждающих текущее затруднительное положение России:
- В 2026 году продвижение российских войск замедлилось в пять раз по сравнению с 2024 и 2025 годами.
- Украинская армия провела два успешных контрнаступления.
- Ежемесячные потери РФ составляют около 30 тысяч человек (убитые, раненые, пропавшие без вести), что вынуждает проводить постоянную мобилизацию.
- Страна сталкивается с нарастающими экономическими и финансовыми проблемами.
В таких условиях, по мнению Молина, Россия будет использовать другие методы для достижения своих целей.
Новая тактика Кремля: фокус на диверсиях
Чтобы выйти из стратегического тупика, Москва, по мнению аналитика, использует два основных инструмента: массированные удары по Украине для сломления сопротивления и усиление диверсионной кампании в Европе.
Именно последнее Молин считает основной угрозой. Целями таких диверсий могут стать:
- Предприятия, производящие оружие для Украины.
- Критически важная инфраструктура европейских стран.
В числе наиболее вероятных целей названы Чехия, Польша, страны Балтии, Германия и Дания. Хотя ограниченные удары беспилотниками или ракетами по отдельным важным предприятиям не исключены как крайняя мера, основной сценарий – это диверсионная война.
Диверсионная война: реальность и последствия
Молин подчеркивает, что диверсии уже стали частью повседневной реальности как в Украине, так и в России, происходя далеко от линии фронта. Он отмечает, что найти исполнителя для совершения ограниченной диверсии за несколько сотен или тысяч евро относительно легко.
Эксперт приводит пример Франции, где достаточно людей, которые испытывают неприязнь к Украине и президенту Эмманюэлю Макрону, и которые могут быть мотивированы на подобные действия.
«Недооценка масштабов этой российской кампании лишь помогает Москве нормализовать подобные эпизоды, хотя на самом деле речь идет об актах войны», — утверждает Молин. Он заключает, что отсутствие адекватной реакции на диверсионную активность в большей степени способствует эскалации, нежели жесткий ответ. Бездействие размывает принцип неприкосновенности национального суверенитета, приводя к увеличению числа атак.