Вечером 14 сентября Офис президента Украины опубликовал указ Владимира Зеленского об отстранении Руслана Кравченко от обязанностей генерального прокурора. Юридическим основанием для радикального кадрового решения стали нормы закона «О правовом режиме военного положения».
Анатомия кризиса: антикоррупционное расследование «Карфаген»
Ключевым триггером отставки стал масштабный коррупционный скандал под кодовым названием «Карфаген». В рамках совместной операции НАБУ и САП были вскрыты теневые схемы с участием высшего руководства Офиса генпрокурора. Первые последствия проявились еще 7 сентября, когда Кравченко на фоне волны разоблачений впервые написал заявление об уходе.
Пытаясь контратаковать, Кравченко публично объявил о подписании подозрения действующему директору НАБУ. Однако инициатива осталась декларативной — формальных обвинений главе антикоррупционного бюро так и не выдвинули, что лишь ускорило развязку внутриэлитного конфликта.
Ночной выезд за границу и публичная реакция Зеленского
Ситуация приобрела необратимый характер в ночь на 14 сентября, когда генеральный прокурор в экстренном порядке пересек границу Украины. Сам Кравченко через Facebook попытался охарактеризовать отъезд как плановую «заграничную командировку», заявив о цели проинформировать международных партнеров о «неконтролируемом влиянии антикоррупционных органов».
Ответ Банковой последовал незамедлительно. Еще утром Зеленский публично обратился к Верховной Раде с призывом окончательно уволить чиновника:
«Украина видела все причины. Если он считает это политическим давлением, пусть так называет».
Институциональные последствия
Отстранение Кравченко демонстрирует кульминацию институционального противостояния между классической прокурорской вертикалью и независимой антикоррупционной инфраструктурой (НАБУ и САП). Решительные действия Банковой в рамках военного положения подводят черту под попытками сопротивления антикоррупционным расследованиям высшего звена.