Авиационный коллапс над Москвой: Спецрейсы в воздухе из-за БПЛА
Вечером 9 октября небо над Москвой стало зоной повышенной опасности, когда сразу четыре борта летного отряда «Россия», перевозящего высших должностных лиц страны, не смогли приземлиться. Причина – введенный режим «Ковер» во всех четырех крупных аэропортах столицы из-за массированной атаки беспилотных летательных аппаратов. Эта беспрецедентная ситуация, по данным Z-каналов, коснулась и президента РФ Владимира Путина.
Сотни рейсов задержаны, президентский кортеж — под вопросом
Режим «Ковер» привел к масштабным нарушениям в работе авиасообщения. Отменены до 100 рейсов, более 400 были отложены, а десятки самолетов перенаправлены на запасные аэродромы в Санкт-Петербург, Казань, Нижний Новгород, Минск и другие города. Часть бортов, следовавших из Турции, вынуждены были развернуться и вернуться обратно. Впервые за весь период конфликта с Украиной, государственные самолеты отряда «Россия» столкнулись с невозможностью приземлиться в столице.
Три из четырех кружащих в воздухе самолетов прибыли из Туркменистана, где несколько часов назад завершился официальный визит Владимира Путина. Хотя Кремль не предоставил официальных комментариев, Z-каналы активно обсуждают ситуацию:
«Все московские аэропорты закрыты из-за беспилотной опасности. Следующие во Внуково самолеты уводят на запасные аэродромы. Где и когда сядет президент, загадка», — сообщают источники.
Эскалация воздушной войны: реализация угроз Зеленского?
Эта дроновая атака может быть частью более широкой стратегии. Авторитетный канал Ukraine context связывает инцидент с анонсированной президентом Украины Владимиром Зеленским в начале сентября операцией по блокаде авиасообщения в РФ. По данным канала, операция была отложена «по уважительным причинам и по просьбе некоторых партнеров», но теперь, судя по всему, приведена в действие.
Ситуация остается крайне напряженной. Закрытие воздушного пространства над ключевыми транспортными узлами страны и возможное попадание в «воздушную ловушку» первого лица государства свидетельствуют о новой фазе гибридной войны и серьезных вызовах для российской системы безопасности.