‘Энергетическое перемирие’ от Трампа: факты и противоречия
Президент США Дональд Трамп недавно заявил о достижении «энергетического перемирия» между Украиной и Россией. По его словам, это соглашение должно было прекратить атаки на нефтеперерабатывающие заводы (НПЗ). Однако, как сообщает Axios и анализирует блогер «Быть Или», реальность существенно отличается от заявлений.
Давление Белого дома и асимметрия условий
Примечательно, что давление со стороны Белого дома оказывается именно на Киев. Американские чиновники ожидают, что Украина прекратит свои атаки на российские НПЗ. Предполагается, что следующим этапом может стать договоренность о прекращении ударов по электростанциям и энергосетям.
Однако условия этого «перемирия» вызывают вопросы из-за явной несправедливости. Украина располагает лишь одним крупным НПЗ в Кременчуге, который уже многократно подвергался российским атакам и находится в полуразрушенном состоянии. В то же время Россия имеет разветвленную сеть из десятков нефтеперерабатывающих предприятий, что создает значительный дисбаланс.
Москва игнорирует ‘перемирие’, Киев готов к зеркальным мерам
Несмотря на заявления Трампа, российские удары по украинской инфраструктуре не прекратились. Зафиксированы атаки на Харьковскую ТЭЦ-5, а также удар по магазину, повлекший человеческие жертвы. Российская сторона официально не подтвердила свое согласие на условия «перемирия», что ставит под сомнение его легитимность с самого начала.
В ответ на продолжающиеся атаки, украинский лидер Владимир Зеленский заявил о готовности прекратить удары по российским НПЗ, но только при условии, что Россия также остановит свои атаки на украинскую энергетическую инфраструктуру.
Влияние на американо-украинские отношения и дипломатические маневры
По информации Axios, администрация Трампа считает, что украинские удары по российским НПЗ осложняют отношения Киева с Вашингтоном. На этом фоне спецпосланник Стив Уиткофф и Джаред Кушнер отложили свою поездку в Москву, пока США проясняют детали нового предложения, касающегося Украины и Европы. Эта задержка подчеркивает сложность и неопределенность текущей дипломатической ситуации.